Рассвет 1820-х годов в Англии ознаменовал зловещий отход от солнечного оптимизма Адама Смита. Мир «Богатства народов» затмевался тем, что вскоре стали называть «Унылой наукой». В эту эпоху Мальтус и Рикардо… изменили мировоззрение своей эпохи с оптимизма на пессимизм, заменив видение прогресса холодным расчётом дефицита и борьбы.
Рикардианский механизм
Дар Рикардо миру был прост. Вот мир, очищенный до сути и открытый для всеобщего изучения. Он построил модель капиталистической экономики которая функционировала как безжалостная машина, управляемая законами ренты, налогообложенияи неизбежной проблемой народонаселения. Однако эта методология, часто называемая «Рикардианским пороком (теорией)»— заключалась в создании крайне абстрактных моделей, которые, будучи логически последовательными, зачастую игнорировали беспорядочную, страдающую реальность людей, оказавшихся в них.
Безропотная Сталь против Рабочих Рук
Когда Наполеоновские войны утихли, Англия обрела не мир, а всеобщую депрессию. Индустриальный ландшафт терраформировала безропотная сталь— механизмы, которые производили неустанно, не нуждаясь в пище или отдыхе. Результатом стало жестокое вытеснение рабочих рук. Рабочие перестали быть партнёрами в производстве — они стали его жертвами.
- 1779: Предвестник бури: толпа из восьми тысяч рабочих напала на мельницу и сожгла её дотла.
- 1811: Протесты луддитов против технологий охватили Англию: рабочие стремились разбить станки, которые разрушали их жизни.
- 1816–1820: Дела шли очень плохо; пугающая теория всеобщего перепроизводства (перепроизводство) стала реальностью, и бунты «хлеба и крови» вспыхнули по всей стране.
Пока Рикардо рассчитывал ренту, Уильям Коббетт будоражил массы. Он видел, что абстрактная «экономическая политика» элит создаёт порядок, где бедняков воспринимают лишь как переменные в мальтузианском уравнении, что вело к радикализации английского рабочего класса.